Публикуем вторую часть интервью с Александром Хартом. Рубрика «Субботние беседы»

— …(продолжение ответа Александра) Необходимо, чтобы большие страны, такие как США или Китай, могли отправлять достойные команды на чемпионат мира, которые действительно могли бы бороться за медали в топ-3. Только тогда мы сможем хотя бы начать говорить о бенди как об олимпийском виде спорта. Ведь американцы или азиатские олимпийские делегации никогда не позволят спорту стать олимпийским, пока не будет больше стран, готовых бороться за медали. Если бы сегодня хоккей с мячом был включен в Олимпийские игры, то это была бы просто бесплатная медаль для России, Швеции и Финляндии. Флорбол определенно помогает играть в хоккей с мячом, я думаю, что все игроки должны подходить к этому с отношением «Все, что я могу сделать с мячом и клюшкой во флорболе, я должен быть в состоянии сделать с хоккейным мячом хоккейной клюшкой". И наоборот. Конечно, есть много технических нюансов, которые выполнимы в одном виде спорта, но не сопоставимы с другим. Cчитаю, что в целом важно подходить к тренировкам с мыслью о переносе идей из одного вида спорта в другой. Это особенно применимо к технике с клюшкой, где можно подобной комбинацией методов достичь новых, ранее не исследованных высот.

— Чем сейчас занимаетесь? — Всегда знал, что у меня будет короткая карьера хоккеиста и закончу к 30 годам. Никогда не хотел быть одним из тех спортсменов, которые просто продолжают играть ради продолжения карьеры. Хотя сейчас в 34 я тренируюсь в спортзале даже больше, чем когда играл. Так что, возможно, я все еще мог бы помочь какой-нибудь европейской команде. Но если бы я стал играть сейчас, то это было бы только ради передачи моего опыта, а не для каких-либо собственных целей. Последний год, когда я играл в хоккей с мячом, был в «Мурмане», я проживал в России по американскому паспорту, это был 2015 год. Возникли вопросы с получением правильной российской визы для подачи заявки в Федерацию. Из-за моего американского паспорта и политической напряженности между Россией и США, «Мурман» не смог вовремя решить все вопросы, чтобы заявить меня для участия в национальном чемпионате. В итоге я закончил сезон в Суперлиге по флорболу в клубе «Спартак» Москва, огромном клубе с лучшими болельщиками в мире. В том году мы со «Спартаком» стали серебряными призерами, и я получил вызов в сборную США на чемпионат мира по флорболу. Последние два с половиной года я сосредоточился исключительно на шахматах и успел сыграть серию профессиональных турниров. В этом месяце я попал в список 100 лучших игроков штата Флорида по рейтингу. Регулярно работаю с российским гроссмейстером Алексеем Дреевым, признанном на международном уровне шахматистом и надеюсь получить звание мастера в ближайшем будущем. — Как и когда Вы выучили русский язык? — Я посещал курсы русского языка в США в то время, когда я учился в музыкальном институте в Миннесоте, мне было около 20 лет. После у меня были личные занятия в Москве в Государственном институте русского языка имени А. С. Пушкина, когда был в «Динамо» Москва, а также индивидуальные занятия в Казанском государственном университете. Мое главное освоение языка проходило через ежедневные беседы с русскими людьми, также читал литературу, смотрел фильмы и сериалы («Афганский Излом», «Грозовые Ворота», «Брат» и другие), постепенно приобретая чувство языка до такой степени, чтобы я мог общаться без помех. Кроме того, изучение значения русских слов, которые трудно перевести на английский, помогло мне понять национальный менталитет. Примеры таких выражений — «березовая роща», «иностранный легионер», «русский хоккей».

— Чем понравился фильм "Брат"?- Фильм отражает очень интересный и реальный переходный период в России, которая в то время была очень далека от Швеции или США. Диалог в фильме очень прямой и далек от типичных голливудских сюжетов. Мне нравится как Сергей Бодров сыграл главную роль, а также было интересно посмотреть как выглядел город Санкт-Петербург в то время.

— Что Вас больше всего удивило в России? — Россия очень сложная и комплексная, я даже не буду пытаться сделать какое-то заявление, что я полностью понимаю то, что происходит в стране. Я видел много вещей в этой жизни, поэтому меня трудно удивить, но в России на меня произвели впечатление святые соборы и православные церкви. Мне показалось интересным, что людей из самых разных регионов и слоев общества может объединить православная церковь. Даже в самых отдаленных городах провинции всегда будет хотя бы один мощный собор, к которому относятся очень серьезно.

— Какая еда из русской кухни нравится особенно? — В общем, люблю простую не острую пищу, которая состоит из небольшого числа ингредиентов. Традиционные русские блюда мне подходят в зависимости от времени года. Люблю есть кашу на завтрак, в России меня впервые познакомили с пшенной кашей, которую сейчас ем как можно чаще, даже если не время завтрака. В летнее время наслаждаюсь окрошкой и, независимо от времени года, люблю включать в рацион винегрет. Нравится сушеная соленая рыбка корюшка и связанная с ней русская традиция есть эту рыбу между посещениями бани.

— С кем сейчас общаетесь из игроков и тренеров? — Поддерживаю связь с хоккеистами и тренерами, особенно из Мурманска, где у меня сложилось много дружеских отношений, и, конечно, из Москвы, Казани, а также Красноярска, Хабаровска, Кирова и других частей страны. Также поддерживаю связь с некоторыми игроками из женской сборной.

— Какие города и стадионы запомнились? — Помимо Москвы, Мурманск произвел на меня глубокое впечатление благодаря своей уникальности: как последний город, построенный во время царской России и как город с полярными ночами, когда солнце исчезало на несколько недель. Природа Мурманска — это просто фантастика, а его близость к Баренцеву морю и пограничное положение рядом с Норвегией и Финляндией делают его непохожим на любой другой город страны. Помню как в первый раз ожидал приближения полярных ночей, я и понятия не имел, чего ждать. Удобное природное явление оказалось: с чувствительными к яркому свету глазами, как у меня, полярной ночью действительно комфортней. Однажды в середине декабря мы с «Мурманом» должны были тренироваться в час дня, но снаружи было так темно, что свет на стадионе «Строитель» должен был быть включен на полную мощность, чтобы иметь возможность тренироваться и видеть что-либо на льду. Сочетание имперской и советской архитектуры и вышеупомянутого географического положения делают это место одним из самых интересных мест, которые я когда-либо видел. Что касается стадионов, то я предпочитаю играть на аренах, специально предназначенных для хоккея с мячом. В России мне нравилось играть на «Волга-Спорт-Арене» в Ульяновске, так как она специально построена для хоккея с мячом и подходящего размера. Помню как там играл за «Старт» против «Динамо-Казани» и «Водника». Лед был в хорошем состоянии, болельщики были на достаточном расстоянии ото льда, не слишком далеко и не слишком близко. Надеюсь, что Федерация хоккея с мячом России будет и впредь поддерживать строительство таких арен в других частях страны.

— Вам когда-то мешало в России, что Вы американец? — Ни разу в России никто не обращался ко мне негативно. Ко мне всегда относились с уважением как к любому другому российскому игроку. Однако, был серьезный минус в том, что российские клубы боялись подписать меня, опасаясь ответной реакции со стороны местных политиков. Последние могли поставить под сомнение подписание американца в этот напряженный период отношений между Соединенными Штатами и Россией. Поэтому я должен поблагодарить руководство "Мурман" за смелость в моем переходе из шведского клуба «ИФК Мутала» в 2015 г. Беседовал Алексей Скобелев.