Новости спорта в Нижнем Новгороде. Нижегородские спортивные новости.
Актуально

Александр ФЕДОТОВ: ФУТБОЛ ИЛИ ХОККЕЙ? СДЕЛАТЬ ВЫБОР ПОМОГ БОГИНОВ

Нападающий «Торпедо» Александр ФЕДОТОВ был одним из самых результативных игроков  горьковского клуба за всю его историю. Известный хоккеист, арбитр и тренер рассказал о своей жизни в хоккее, снайперских рекордах и… настойчивых приглашениях из Москвы, отказавшись от которых спортсмен рисковал никогда не попасть в первую сборную Советского Союза.

СНАЙПЕРСКИЕ
РЕКОРДЫ
– В детстве я играл и в хоккей, и в футбол, – вспоминает Александр Николаевич. – Даже ставил перед собой задачу обязательно попасть в команду мастеров, вот только главный для себя вид спорта не мог выбрать до поры до времени. В хоккей я начинал играть в «Крыльях Советов», которые базировались в Московском (тогда Сталинском) районе города Горького. А в футболе пробился в состав команды мастеров, которая называлась «Ракета» (Сормовский район). Перспективы в футболе, считаю, были неплохие, ведь приглашали даже в молодежную сборную СССР… Занятия спортом я тогда совмещал с работой на производстве, уже с пятнадцати лет работал на авиационном заводе (нынешний авиастроительный завод «Сокол» в то время назывался заводом имени Орджоникидзе – прим. автора).
– Но в итоге вы все же сделали выбор в пользу хоккея. Что предопределило этот выбор?
– Дмитрий Богинов, который тренировал «Торпедо», пригласил меня на сборы горьковской команды. Это предложение все и решило. Тогда мне было 16 лет, и вскоре я стал выступать за торпедовскую молодежку. Именно в тот период главная команда «Торпедо» завоевала «серебро» в чемпионате СССР сезона-1960/1961 годов, но я дебютировал в ней в 1962 году.
– В 18 лет тяжело было освоиться в компании с мастерами?
– Нелегко. Но зато было, с кого брать пример. А потом вокруг все были свои, воспитанники местного хоккея, и они стремились поддержать новичка.
– Вы сразу стали играть в центре нападения?
– В молодежке я мог сыграть и с краю, но в главной команде Богинов сразу нацелил меня на игру в центре. И я так и остался центральным нападающим.
– В «Торпедо» вы постепенно стали одним из лидеров команды. В сезоне-1968/1969 установили даже два клубных рекорда. Забросили больше шестидесяти шайб…
– Насколько я помню, забросил за сезон 65 шайб, или около того (календарь-справочник «Хоккей 1969/70» дает такой рекордный результат лучшего бомбардира – 64 гола. Любопытно, что второй и третий бомбардиры «Торпедо» Шевелев и Мишин забросили соответственно 40 и 39 шайб – прим. автора). Чемпионат СССР проходил в два этапа, и на втором этапе пришлось сыграть много матчей с командами так называемой второй подгруппы, разыгрывая места с 7 по 24-е.
– Второй клубный рекорд также весьма показателен. На втором этапе «Торпедо» встретилось с «Дизелистом» и обыграло пензенцев со счетом 17:3. Вы в этой игре забросили семь шайб!
– Тот матч мы проводили в Пензе и очень сильно огорчили хозяев. Между прочим, «Дизелист» не был мальчиком для битья (С пензенцами, действительно, легко не было. «Торпедо» и «Дизелист» встретились на втором этапе четыре раза, и соперники, между прочим, одержали по две победы. Тем удивительнее сокрушительное домашнее поражение пензенцев – прим. автора).
ПОБЕГ ОТ КУЛАГИНА
– Насколько известно, вас неоднократно приглашали клубы Москвы и Московской области…
– Об этом можно рассказывать долго. Анатолий Кострюков звал меня в «Локомотив», Николай Эпштейн – в «Химик», Аркадий Чернышев – в «Динамо», Анатолий Тарасов – в ЦСКА. С приглашением в ЦСКА вообще связана чуть ли не детективная история. Предстоял призыв в армию, и в Горький за мной приехал помощник Тарасова Борис Кулагин… с двумя солдатами. Они искали меня дома, затем на стадионе. Я, к счастью, увидел их заранее, вылез из окна, перемахнул через забор – и был таков…
– Выходит, от карьеры в ЦСКА убегали?
– Еще неизвестно, как бы сложилось в армейском клубе. А у меня все удачно складывалось в «Торпедо», и я сознавал, что должен быть рядом со своими родными. Родители болели, и приходилось, что называется, кормить семью… И я затосковал. Понимал, что теперь точно в армию заберут. Пошел к Богинову, объяснил ситуацию, тот связался с директором ГАЗа Иваном Киселевым. Затем меня поставили на учет уже в Автозаводский военкомат, а там все вопросы решились проще. В общем, остался я играть в «Торпедо»… А в начале семидесятых меня в «Спартак» приглашал Николай Карпов. Я понимал, что, оказавшись в столичном клубе, буду иметь шанс попасть в первую сборную СССР. Дал согласие, приехал в Москву и… больше месяца жил на базе в Тарасовке. Карпов тогда уезжал куда-то, а я, тем временем, тренировался с футболистами «Спартака» и даже с регбистами, форму поддерживал. А потом в Москву приехал начальник команды горьковского «Торпедо» Николай Мамулайшвили и уговорил вернуться Горький… Я не жалею о том, что не стал выступать за столичные клубы. «Торпедо» дало мне многое, да и хоккейную карьеру в родном городе можно назвать успешной.
– Но в первую сборную СССР вы так и не попали?
– Не довелось. Хотя во второй сборной я играл, наверное, в течение десяти лет.
СЛЕЗАЙТЕ! РАЗДАВИЛИ!
– Какой из сезонов, проведенных за «Торпедо», считаете лучшим?
– Я выделю два сезона. 1968/1969, который мы уже упоминали, и 1972/1973, когда «Торпедо» заняло пятое место в чемпионате СССР.
– Доводилось читать, что знаменитые защитники сборной СССР оказались причастны к вашим травмам в хоккее.
– Причастны, но по-разному. Помню, где-то в середине шестидесятых я забил гол ЦСКА. В падении протолкнул шайбу в ворота, и на меня целая куча навалилась, радуются…
– В этой куче были только свои?
– Возможно, и не только. Я их не сортировал. Но в тот момент вывернул ногу, а на нее такая масса рухнула. Я кричу: «Слезайте! Раздавили!». А Александр Рагулин расчистил пространство, взял меня на руки и до скамейки донес. Получил я тогда перелом лодыжки и почти два месяца на костылях прыгал… А вот динамовец Виталий Давыдов так однажды въехал мне в колено, что были порваны связки. Поначалу я не сделал операцию, что считаю большой ошибкой. Вроде бы боли сильной не было, казалось, все само пройдет. Я постоянно заматывал ногу эластичным бинтом и продолжал играть в хоккей. Хотя все равно старался оберегать колено, тем более, что чувствовал, даже при ходьбе нога как будто в сторону уходит. А спустя некоторое время я закончил карьеру (в 1978 году) и только тогда сделал операцию, увы, неудачную. Все надо было делать сразу, глядишь, и поиграл бы подольше.
– Закончив игровую карьеру, вы стали хоккейным арбитром. Неужели не хотелось тренировать?
– Очень хотелось. Такая перспектива была, но… Только отметил окончание игровой карьеры, как меня уговорили попробовать себя в судействе. Ладно, думаю, попробую. Может, это ненадолго. Но пошло-поехало: юноши, молодежка, «вышка», международные турниры…
– Среди этих турниров были крупнейшие мировые форумы.
– Кубок Канады-81, чемпионат мира-82, «Приз «Известий», который я судил три или четыре раза…
– Довольно быстро вы стали одним из самых авторитетных арбитров страны…
– Лет десять я входил в десятку лучших арбитров СССР. Всегда стоял на том, что судить надо честно и ни от кого не зависеть. Пусть тебе ключи от машины предлагают (а было и такое) или какие-то другие материальные блага. Возможно, поэтому я и судил много центральных матчей с участием московских команд.
– Кстати, о московских командах. В 1989 году вы были главным арбитром матча ЦСКА – «Спартак», в котором Александр Могильный избил спартаковца Юрия Ящина.
– После этого матча меня вызвали на СТК, где разбирали этот эпизод. С Могильного собирались снимать звание заслуженного мастера спорта, и он к этому был абсолютно безразличен: «Делайте, что хотите».
КАК АРБИТР
ТРЕНЕРОМ СТАЛ
– В 1994 году вы все же стали работать тренером… в заволжском «Моторе». Что вас привело туда?
– Председатель спортклуба Заволжского моторного завода Геннадий Воронин вышел на Виктора Харитонова, который тогда возглавлял спортклуб «Торпедо». Виктор Владимирович обратился ко мне: «Давай, поработай с «Мотором». У тебя должно получиться». Я поехал в Заволжье и стал строить команду. Искал лучших игроков из областного чемпионата, приглашал ребят, которые не подошли «Торпедо». Из «Торпедо-2» ко мне пришел, например, Саша Гуськов, который впоследствии стал одним из ведущих защитников страны, дважды выигрывал суперлигу в составе ярославского «Локомотива». Кстати, когда Саша в составе национальной сборной завоевал «серебро» чемпионата мира-2002, я получил звание заслуженного тренера России… Я тренировал «Мотор» пять лет, а затем стал работать в СДЮСШОР «Торпедо».
– Вы были директором
СДЮСШОР и долгое время тренировали молодых торпедовцев. Кого из ваших воспитанников особенно отметите?
– Я тренировал ребят 1985 года рождения. В КХЛ сейчас играют Михаил Варнаков, Дмитрий Космачев, Яков Рылов. Приятно, что со многими ребятами того выпуска у нас до сих пор сохранились добрые отношения. Они мне и подарки к юбилею присылали и созваниваются со мной периодически.
– Чем занимаетесь сейчас?
– Работаю в судейской бригаде, которая обслуживает матчи чемпионата КХЛ, инспектирую областные соревнования…
– В общем, за хоккеем продолжаете внимательно следить. Какое впечатление оставляет «Торпедо»?
– Приятно, что в последние годы команда стабильно выходит в плей-офф. Дворец регулярно заполняется, обстановка в нем праздничная… Но мне особенно хочется, чтобы прогрессировала нижегородская молодежь, и воспитанники местного хоккея чаще пробивались в состав родной команды.
– В «Торпедо» вы долгое время играли в связке с Алексеем Мишиным. Сейчас общаетесь с закадычным партнером, который в ноябре отметил свое 70-летие?
– Мы постоянно на связи. У нас тот случай, когда партнеры в хоккее были и остаются друзьями в жизни…
Алексей ХИТРЮК
(Sportbox.ru – специально
для «Ф-Х НН»)

Оставить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *